Санкт-Петербург, ул. Маяковского, д. 34. +7 (812) 603-70-73

Расстройства письма и чтения

Несмотря на то, что письмо и произношение слов в основном обслуживается теми же отделами мозга, все же есть различия. Есть две формы аграфий (расстройств письменной речи) — поверхностная (орфографическая) и фонологическая.

Дисграфия

Иллюстрация областей мозга, при поражении которых может возникать дисграфия. Область, отстоящая кзади от угловой извилины обычно ассоциируется с лексической дисграфией, а область ближе к супрамаргинальной извилине - с фонологической дисграфией. (Рисунок Roeltgen & Heilman, 1984 г.)

 

Поверхностная аграфия

При поверхностной аграфии люди, правильно произносящие слова, не могут их правильно написать, особенно это касается слов, орфография которых отличается от произношения. Больные с такой аграфией пишут слова также, как слышат. При этом не затронут механизм конверсии графемы в фонемы, а вот фонологическая память на нерегулярные слова серьезно нарушена.

Фонологическая аграфия

Фонологическую аграфию обнаруживают нечасто, потому что ярче всего проявляется она в невозможности произносить неологизмы. Такие пациенты могут произнести только то, что содержиться в их лексиконах. Они с выговаривают длинные труднопроизносимые слова, но они не в состоянии произнести ничего, что не согласуется с накопленным в их фонологическом словаре материалом. Если в этом словаре нет Хлебникова, они никогда физически не смогут произнести и записать его стихи. Также у них нет механизма, конвертирующего графемы в фонемы. Shallice в 1981 г. описал пациента, имевшего трудности с произнесением слогов. Для компенсации этой трудности, пациент старался найти подходящее по смыслу слово, но эта стратегия не приносила успеха (слог «na» он произносил как «gn», потому что он ассоциировался у него со словом «gnat». При таком типе аграфии поражаются сурпамаргинальная извилина и инсула. Глубокая дисграфия заключается в невозможности написать правильное значение слова, например, вместо «часы» пишется «время», а вместо «стул» — «стол». Здесь расстроен семантический анализ.

Модель дисграфий

Нарушение связи в двух-маршрутной модели на фонологическом вводе может быть причиной поверхностной дисграфии, а отсутствие доступа к сублексикону - к фонологической дисграфии. Разрушение на уровне семантики становятся причиной глубокой дисграфии.

Алексия с аграфией

Алексия (невозможность читать) и дислексия (большие затруднения с чтением) — наиболее частые формы расстройств, ассоциированных с афазией Вернике и транскортикальной сенсорной афазией. Иногда определяется как височно-теменная алексия. Dejerine в 1891 описал пациента с повреждением угловой извилины. Восстановившись от сильной афазии, больной сохранил алексию и аграфию (невозможность читать и писать). Больные с таким расстройством часто имеют сложности с чтением букв и слов, отличаясь таким образом от затылочной алексии, где сохраняется возможность читать (правда, только буквы). Одновременные сложности и с письмом и с чтением у больных с алексией и аграфией еще раз подтверждают наличие некоего центрального языкового механизма. Если алексия осложнена аграфией, обычно к этому присоединяются симптомы других афазий, в особенности, связанных с пониманием и воспроизведением речи, сбои в повторении слов, а также аномии ( Benson & Ardila, 1996). По контрасту, затылочные афазии не ассоциируются с вышеупомянутыми расстройствами, но часто сопутствуют зрительной ассоциативной агнозии.

Алексия без аграфии (затылочная алексия)

Одно из общепринятых объяснений этого интересного (на грани гротеска) заболевания — разрыв связей между зрительной информацией на входе и центром, осуществляющим языковой анализ. При таком двойном разрыве информация от зрительных центров не попадает в левое полушарие. Поражение должно сначала закрыть доступ от левой зрительной коры и, в то же время, обрезать путь от зрительной коры через corpus calossum (мозолистое тело) от правого полушария. Такое двойное перекрытие путей информации происходит редко и обычно связано с проблемами в левой постериорной церебральной артерии. Комплексный разрыв впервые описан Dejerine в 1892 г., а позже исследован Гешвиндом в шестидесятых годах XX века. Пациент может писать, так как поражение не затрагивает угловую извилину и языковые области спереди от нее. Значение и орфографическая форма написанного, таким образом, могут быть сформулированы и отправлены в премоторные зоны для подготовки движений по написанию предложения. Но больной не может прочитать то, что он написал, так как отрезан путь от зрительной информации к речевым центрам. Пациент оказывается в более, чем странной ситуации — он не в состоянии прочитать написанное им же самим.

Изучение расстройств письма наводит на два предположения — о существовании некоего лексикона, согласующегося с внешним видом слов, который может нарушаться в случае поверхностных аграфий. И о наличии системы, конвертирующей фонологические атрибуты в графемы, которая нарушается в случае фонологической аграфии.

Клинические подтипы алексий

Алексия с аграфией

  • Теменно-затылочная
  • Плохое понимание слов и букв
  • Дополняется аграфией

Алексия без аграфии

  • Затылочная
  • Сохраняется способность читать по буквам
  • Хорошее понимание произнесенных слов
  • Аграфии нет либо средняя
  • Чистая алексия

Фронтальная алексия

  • Фронтальная
  • Плохое понимание слов и букв
  • Лучшее понимание существительных и прилагательных, чем синтаксиса
  • Дисграфия, сопоставимая по качеству с алексией
  • Нередко бывает частью афазии Брока

Аграмматизм

Подлежащие, глаголы и прилагательные наличествуют в аграмматичекой речи, но при этом жертвуется корректными временами глаголов, союзами, наречиями. Зачастую речь такого больного выглядит, как будто он посылает телеграмму, стараясь по максимуму сэкономить на знаках. Аграмматизм быстро выявляется на реверсивных предложениях, наподобие «Аня любит Диму» (если персонажей переставить местами, предложение также будет иметь смысл). У людей, страдающих аграмматизмом, есть тенденция переставлять местами существительные, что вызывает сложности в использовании синтаксиса, чтобы определить субъектно-объектные отношения. При этом, пациенты способны к восприятию более-менее сложных предложений, только если они не реверсивны. Механизм этого явления неясен, но ясно что есть проблема с приданием синтаксису значения.

Больным сложно использовать слова, которые окружают глаголы и существительные, а также различные окончания глаголов. Они не способны оперировать граматикой, вносящей смысл в предложение. Что наводит на мысль о том, что воспроизведение синтаксиса речи и его понимание являются разными функциональными системами мозга. Для ряда аграмматических растройств была предложена концепция раздельной обработки контекстуальных и функциональных слов. Употребление контекстуальных слов (особенно знакомых и часто встречающихся существительных) может быть полностью в норме, в то время как с функциональными предлогами, наречиями, могут быть сложности. Также возможно, что запоминание и хранение контекстных и функциональных слов тоже происходит в разных областях мозга (Manning & Warrington, 1996).


Немного науки

Спекуляции о происхождении языка Коротко о физиологии речи Зоны речи и афазии Транскортикальные афазииПодкорковые афазии Жаргон как паталогия Язык, рисование и правое полушарие Об эмоциях